«Пощада повинным. Смерть непокорным. Час – на размышление». Паскевич побеждает Персию и Турцию в правление Николая I

Уже в августе 1829 года султан Махмуд II согласился начать переговоры с Россией на условиях Петербурга

В прошлой статье «кавказского цикла» мы остановились на событиях начального этапа русско-персидской войны.

Русскими уже был отбит Елизаветполь и деблокирована Шуша.



Что же было дальше?

В мае 1827 года русские войска двинулись на Эриванское ханство. Генерал Красовский блокировал Эривань (Ереван), а Паскевич занял Нахичевань и обложил крепость Аббас-абад. Сорокатысячная армия персов попыталась деблокировать Аббас-адад, но была побеждена у Джеван-булака, и вскоре крепость пала.

Эривань удалось взять 1 октября, а вскоре боевые действия удалось перенести на территорию Ирана. 14 октября русские вошли в Тавриз, зимой персы оставили Урмию и Ардебиль.

Потеряв Ардебиль, шах понял, что сопротивление бесполезно и запросил мира. С персидской стороны на переговоры приехал командующий персидской армии, принц Аббас-мирза. Большего унижения для него трудно было придумать. Грезивший о реванше за проигранную войну, он потерпел тяжелое поражение и во второй раз.

Теперь ему предстояло выпить до дна чащу позора. В деревне Туркменчай состоялось подписание договора, и надо отметить, что во время переговоров высокий дипломатический класс показал Александр Сергеевич Грибоедов. Именно он добился от Ирана территориальных уступок (Эриванское и Нахичеванское ханства) и выплаты контрибуции.

Мечты англичан создать военный флот на Каспии рухнули. А в самой Британии началась антирусская истерика.

В 1828 году вышла в свет полковника Ласи Эванса «Замыслы России». В ней он призывал создать европейскую антироссийскую коалицию, которая должна блокировать балтийские и черноморские порты России, разрушить Кронштадт и Севастополь, совершить вторжение в Закавказье и провести десантные операции в Финляндии, Крыму и на Западном Кавказе. Этот план до мельчайших подробностей реализовался во время Крымской войны.

Государь щедро наградил Паскевича, выдав ему миллион рублей ассигнациями, и осыпав орденами. Не в обиде остались и другие офицеры, получившие крупные денежные премии, не забыл царь и нижние чины. Звучит комично, но даже Аббас-Мирза получил подарок от Николая I – восемнадцать пушек с полными боекомплектами. Судя по всему, русский царь любил едкую шутку.
Паскевич
Русские одержали полную победу над Ираном, но в конце войны пришла новая напасть. 20 октября 1827 года турецкий султан призвал народ к священной войне против России.

Таким образом, нашей стране пришлось одновременно бороться с Персией и Турцией. Главные силы османов находились на европейском театре, но и на Кавказе противник смог собрать довольно большую, пятидесятитысячную армию.

Кроме того, приграничными территориями управлял выдающийся организатор Галиб-паша, а в помощь ему султан направил Киос Магомет-пашу - одного из самых опытных полководцев Османской империи. В его биографии были война с Наполеоном и несколько европейских кампаний против русских, греков и сербов.

На этот тандем Турция возлагала большие надежды. И действительно в хозяйственном отношении Галиб-паша прекрасно подготовил свой регион к войне с Россией. Он создал обширные запасы оружия и пороха, модернизировал старые крепости, усилил гарнизоны. А вот русские военные склады были в значительной мере опустошены противостоянием с Персией. Это существенно ограничивало возможности Паскевича к ведению наступательных действий.

Ударный кулак для похода на турецкий Карс удалось собрать и обеспечить всем необходимым только к концу мая 1828 года. В июне наши войска перешли границу и быстро подошли к главному оплоту Турции на Кавказе. Русские подтянули артиллерию, а на главной батарее находился сам Паскевич. Штурм начался. Все ожидали долгой и кровопролитной осады, но передовые укрепления турок неожиданно пали в первый же день.

Мужеству русских не было предела. Турки отвечали шквальным огнем из пушек и ружей, но это не останавливало русских, которые даже погибая, думали не о себе, а о том, как победить врага. История сохранила слова первого русского солдата поднявшегося на стену Карса и смертельно раненого пулей: «Прощайте, братцы! Да только город возьмите!»

И «братцы» исполнили последнюю волю погибшего. Колонны наших войск врывались в крепость со всех сторон, а турки бежали, кто куда, неприятельская конница покинула город, но турецкий комендант все же сохранял контроль над большей частью гарнизона и держался в цитадели. А на помощь Карсу спешил Киос-паша с двадцититысячным отрядом. Необходимо было срочно раздавить последний очаг сопротивления. Цитадель обложили артиллерией, и когда турки это увидели, то запросили мира.

Представители паши отправились к Паскевичу и вернулись назад, передав слова нашего командующего: «Пощада повинным. Смерть непокорным. Час – на размышление». Речь могла идти только о безоговорочной капитуляции, которую турки приняли, лишь немного не дотянув до подкрепления. А Киос Магомет-паша, узнав о падении крепости, отступил.

Паскевич готовился развить успех, но в нашем лагере вспыхнула чума. Этот враг оказался опаснее османов, на целый месяц, связав нашу армию по рукам и ногам.

Как только эпидемия прошла, Паскевич решил взять Ахалкалаки. Здесь ему противостоял наиболее отчаянный противник, решивший сражаться до последнего человека. Готовясь к смерти, турки надели белые одежды и всей крепостью провели молитвенное пение.

Соперники были достойны друг друга в готовности погибнуть, и вот это презрение к смерти со стороны русских стало залогом победы. Но конечно, важную роль сыграло и подавляющее превосходство нашей армии в артиллерии. Турки несли тяжелейшие потери от нашего огня и поняли, что их отчаянное мужество оказалось бесполезным.

Командир осажденного гарнизона всячески поддерживал дух своих солдат, и в момент, когда турки заколебались, напомнил им о клятве умереть. На какое-то время ему удалось вселить уверенность в растерявшиеся войска, но спасти положение Ахалкалаки уже было невозможно. Защитников оставалось немного, одни погибли, другие покинули укрепления и, дав последний бой, неподалеку от Ахалкалаки были уничтожены. Киос-паша пытался спасти крепость, но вновь опоздал с помощью.

Паскевич и его солдаты одержали много и других побед. В моей статье нет смысла подробно на них останавливаться. Желающие найдут необходимые сведения в специализированных работах. Скажу лишь то, что и на главном - европейском - театре русскому оружию также сопутствовал успех, поэтому уже в августе 1829 года султан Махмуд II согласился начать переговоры с Россией на условиях Петербурга.

Автор: Дмитрий Зыкин

Источник: http://www.km.ru/science-tech/2016/04/01/istoriya-rossiiskoi-imperii/774353-poshchada-povinnym-smert-nepokornym-chas-



Памятник Ивану Паскевичу — разрушенный памятник в Варшаве, посвящённый наместнику Царства Польского, фельдмаршалу Российской империи Ивану Фёдоровичу Паскевичу. Находился в Краковском предместье, перед нынешним Президентским дворцом (называвшемся «Наместниковским») на месте современного памятника Юзефу Понятовскому.
Паскевич
Памятник, созданный скультптором Н. С. Пименовым, был торжественно открыт 21 июня 1870 года в присутствии императора Александра II. Стоявший на его месте первый памятник Юзефу Понятовскому был демонтирован после подавления польского восстания 1830 года и перевезён сначала в Новогеоргиевскую крепость, а позже — в резиденцию Паскевича в Гомеле.

В 1917 году памятник по инициативе немецких оккупационных сил был демонтирован и разобран на части, которые впоследствии переплавили. Единственным уцелевшим фрагментом стал один из четырёх барельефов, украшавших пьедестал монумента. На нём изображена сцена штурма Варшавы 1831 года русской армией. На сегодняшний день фрагмент хранится в Музее Войска Польского в Варшаве.

В 1922 Польше был возвращён памятник Понятовскому, который был установлен на Саксонской площади вплоть до его уничтожения немцами в 1944 году. На месте памятника Паскевичу стоял памятник легионерам. В 1965 году на историческом месте была установлена копия памятника Понятовскому.